• Uni-shop.lv
    • Judo club
    • Mājas lapu izstrāde, mājas lapu izveide
На представлении сборника бывших секретных документов в МИА "Россия сегодня". На представлении сборника бывших секретных документов в МИА "Россия сегодня". Фото: Андрей Татарчук

Балтийский путь - кривая дорожка в довоенных дюнах

К 80-летию подписания Договора о ненападении между Германией и СССР, более известного как Пакт Молотова-Риббентропа, группа российских историков презентовала в МИА "Россия сегодня" сборник документов "Вынужденный альянс. Советско-балтийские отношения и международный кризис 1939-1940". Уникальность этого сборника, который в сентябре появится в латвийских книжных магазинах, в том, что в нем собраны более сотни документов довоенного МИД Латвии.

Андрей Татарчук, Москва, специально для InfoTOP

Сам сборник, составленный латвийским журналистом и депутатом Сейма Николаем Кабановым, уникален тем, что в нем нет ни одного документа из российских архивов. Как отметил один из соавторов "Вынужденного альянса" — директор фонда "Историческая память" Александр Дюков, «нашему коллеге Николаю Николаевичу очень повезло, эти документы не публиковались до сих пор никогда».

В сборнике приведены отчеты латвийских дипломатов, донесения латвийской разведки, аналитические обзоры ситуации в Балтии и прочие документы для внутреннего пользования. Они были какое-то время назад рассекречены МИД Латвии и случайно попались на глаза в Государственном историческом архиве республики Кабанову, который собрал интересную фактуру.

Может быть, здесь нет сенсаций – в конечном счете, секретные протоколы к пакту Молотова–Риббентропа были рассекречены в Москве еще в 1992 году, но очевидно, что Латвия и Эстония стали жертвами цепи случайных событий. Это не то, что представляла живая цепь из взявшихся за руки людей Литвы, Латвии и Эстонии – балтийский путь в 1939-1940 году намного более драматичен.

По словам заместителя директора Института российской истории РАН Сергея Журавлева, это «в чистом виде латвийский взгляд на то, что происходило». Атмосфера предвоенной паранойи и взаимного недоверия дипломатов республик «Балтийской Антанты» - был такой проект консолидации республик на региональном уровне, о чем есть материал и в сборнике. И эта картина довоенной истории выглядит иначе, чем подается в официальной историографии Литвы, Латвии и Эстонии.

"После заключения Договора о ненападении между СССР и Германией все представители дипкорпуса в Москве интересовались главным вопросом: сопровождался ли этот договор какими-то секретными договоренностями, - отмечает Сергей Журавлев. - Объективную информацию об этом получило только одно посольство – Соединенных Штатов, благодаря контактам с одним из германских дипломатов в Москве. Этой информацией американский посланник поделился со своими визави из других стран. В частности, с латвийским послом. Несмотря на это, ходило множество слухов о содержании секретных договоренностей, о чем Москва и Берлин молчали. И в этой мешанине слухов латвийский МИД после 23 августа так и не сумел разобраться".

По словам директора фонда "Историческая память" Александра Дюкова, эстонская разведка была лучшей в регионе. К концу сентября 1939 года в окружении Константина Пятса (президента Эстонии) знали, что Эстония и Латвия отходят в сферу влияния Советского Союза в связи с соглашениями между СССР и Германией. Эстонцы не ставили об этом в известность Ригу, а в Литве до 14 июня 1940 года диктатор Антанас Сметона пребывал в иллюзиях, что часть республики (за исключением польских и прусских земель) станет германским протекторатом.

Как говорится во вступительной статье к сборнику, германское руководство проводило по отношению к Литве политику, отличавшуюся от той, что в целом велась по балтийским республикам будущего рейхскомиссариата Остланд. В октябре 1939 года было объявлено о проведении массовой репатриации балтийских немцев из Латвии и Эстонии, а из Литвы никакой репатриации немцев не проводилось. Между тем, именно немецкие национальные меньшинства были одним из традиционных инструментов экспансии Берлина, использовавшимися и при расчленении Чехословакии, и при отторжении Мемеля (Клайпеды) от Литвы.

Советское полпредство, по докладу военного атташе тов. Коротких, отмечало стратегию Риббентропа: "Отказ от репатриации немцев из Литвы... показывает, что Германия хочет сохранить здесь свои кадры. Проведенная работа по регистрации немцев в Литве была использована немцами для вербовки агентуры".

Литовский историк Чесловас Лауринавичюс отмечает, что подобные странности способствовали формированию у литовского руководства сомнений относительно содержания советско-германских договоренностей в отношении Литвы.

По словам директора фонда "Историческая память" Александра Дюкова, по поручению президента-диктатора Антанаса Сметоны литовские представители вели переговоры с германскими спецслужбами - такими, как как РСХА (RSHA – Главное управление имперской безопасности, руководящий орган политической разведки и полиции безопасности Третьего рейха). В обмен на лояльность, как было в случае с поддержкой странами Балтии нацистской оккупации Чехословакии в марте 1939 года, из Берлина лишь шли туманные обещания на словах, мол, великий фюрер вас не бросит.

Согласно таким "договоренностям", Латвия и Эстония обязались "принять с согласия Германии и при консультации с германской стороной все необходимые меры военной безопасности по отношению к Советской России". Они также признавали опасность нападения только со стороны Советской России, и "соглашались развернуть оборонительные силы против Советского Союза". А Германия обещала "оказывать им помощь в той мере, насколько они сами не в состоянии это сделать".

Заигрывания Риги и Таллина с нацистами, а главное – почти открытая демонстрация диктатором Антанасом Сметоной лояльности третьему Рейху заставили Москву оперативно принять решение о выдвижении ультиматума своим прибалтийским соседям. В ночь с 14 на 15 июня 1940 года, обсуждая с правительством и национальными элитариями ультиматум, Сметона настаивал на военном сопротивлении войскам РККА Белорусского фронта, входящим в Литву. А правительство Литвы, напротив, способствовало продвижению Красной Армии по литовской территории.

Сметона пытался поднять "на борьбу с большевиками" полк, который даже вышел из расположения части, но этим все и закончилось. Литовский диктатор после этого бежал в Германию, оттуда – в Швейцарию, а затем – в США. Погиб во время пожара в собственном доме в Кливленде (штат Огайо), спасая личные вещи.

Латвийский же диктатор Карлис Улманис и эстонский вождь Константин Пятс призвали не сопротивляться советским властям. Все остались "на своих местах" (к чему по радио призывал Улманис) - такой вот "Балтйиский путь".

Книга "Вынужденный альянс" выпущена в Москве ассоциацией книгоиздателей "Русская книга". В сборнике 450 страниц, 108 документов МИД Латвии.

Ваш комментарий к статье: